Вот, на востоке свой покинув храм,
Денница вышла на простор зеленый,
Ступая по разбуженным холмам,
Венчая склоны огненной короной,
Осеребрив поток незамутненный,
Что меж цветов бежал по тропке мшистой,
Ручьями вниз свергаясь в окруженный
Густою рощей водоем тенистый,
Где отражался небосвод бездонно чистый.
Там зимородок пестрой красотой
Соперничал над зыбкостью лазурной
С играющими рыбами, порой
Бросавшими из глуби блик пурпурный;
Там в зеркало поверхности безбурной
Засматривался лебедь горделиво;
Сверкая белоснежностью скульптурной,
Встревожив черной лапкой гладь залива,
Плыл с феей, льнущею к нему сластолюбиво.
О, как мне рассказать об островке,
Укрытом в тишине озерной дали?
Дидону я утешил бы в тоске
И Лира спас от горестной печали:
Вовек поэта взор не чаровали
Места уединенней и прелестней —
Как изумруд в серебряном овале
Вод ясных, островок сиял чудесный,
Смеясь, как в пелене прозрачной блеск небесный.
И омывала мягкая волна
Ветвей поникших тесное сплетенье —
И, нежности завистливой полна,
Журча, взбегала к буйному цветенью
Роскошных роз, стремясь в ревнивом рвенье
Похитить алых лепестков узоры
И выбросить на берег украшенье
Заманчивей, отраднее для взора
Гирлянды праздничной в убранстве юной Флоры.
