Три тощих месяца в большом кошельке моего тела, в проклятом
Брюхе этого года, в его самодовольстве богатом!
С горечью я тащу на проверку мою нищету и моё ремесло:
Взять дать — и всё? Вернуть то, что было жадно дано, и в никуда унесло?
Вдувать фунты манны росой назад в небо? Да где там — работа слов!
Дар болтовни надеть на слепую палку языка: получится помело…
Подобрать или нет что-то из сокровищ людских —
Удовольствие лишь для смерти: в конце концов
Она-то сгребёт все валюты любого дыхания любых творцов,
И вслепую, в дурной тьме, утерянные тайны кое-как сумеет пересчитать.
Сдаться после этих трех месяцев?
Взявший чужие мысли дважды заплатит молоху
Нет! Друиды в чащобе крови моей да будут затоплены
Только моим собственным морем,
Если с неба взяв этот мир, сожгу я его впустую:
Ибо долг мой — создать и небу обратно отдать.
